Аталычество в истории казахского государства
![](https://semeynews.kz/wp-content/uploads/2023/07/chingishan-960x500-1-780x470.jpg)
ПЕРИОД ЛЕГЕНДАРНЫХ АТАЛЫКОВ
Судя по материалам устной традиции казахов, институт аталычества имеет древние корни. Этого титула удостаивались отдельные представители нескольких сильных казахских родов. Одно неосопоримо, за носителями этого звания должен стоять очень сильный род или же конфедерация родов, способная обеспечить помощь и поддержку политической власти. Именно по этой причине в период образования Казахского ханства на политическую сцену поднялись представители рода Алтай. За этим родом мощным фоном стояла большая конфедерация Аргын.
Вот что пишет Шакарим Кудайбердыулы, излагая причины образования Казахского ханства: «В 1455 г. хан Аз-Жанибек вместе с братом Шахгиреем, будучи в обиде на хана Абулхаира, ушел к хану Туглуку, сыну Есен-Буги из чагатайского рода, что стоял на р. Чу. Причину этой обиды казахи объясняют так:… дальний предок аргынов – прославленный Дайыр-ходжа был любимым судьей хана Абулхаира. Народ за справедливость прозвал его Акжол-бием. Другим любимцем Абулхаира был Кара-Кыпчак Кобланды-батыр. Акжол-бий и батыр Кобланды втайне ненавидели друг друга, и однажды Кобланды (повстречав в степи Акжол-бия) убил его. Узнав об этом, Аз-Жанибек обратился к хану Абулхаиру с требованием предать убийцу согласно закону шариата мучительной казни. Но хан, опасаясь возмущения и заступничества (за батыра) многочисленного рода кыпчаков, отказывает ему в казни Кобланды и предлагает взять с кыпчаков кун (выкуп за убийство), равный куну трех человек. Но Аз-Жанибек, разгневанный решением хана, откочевывает от него со всем своим элем. С той поры и осталась поговорка среди казахов: «И зачем тебе, мой милый, было связываться с Кара-Кипчаком Кобланды!». Так, по преданию, воскликнул отец Даир-ходжи, Котан-тайши, проливая слезы над трупом сына. Звали его Котан, тайши – поэт, певец. Вот почему казахи говорят, что дальний предок аргынов – прославленный акын Котан. Ещё одно свидетельство тому – стихи, сочиненные аргыном Жанак-акыном в споре с уаком Жаркын-бием. Когда Жаркын-бий спросил его, а были ли в твоем роду поэты, так ответил ему Жанак:
У Алаша – предок Аргын был на редкость одаренным,
Выделялся он приметно среди других.
Первопредок (же) аргынов акын Котан
Был в стихе куда как мастеровитей нас обоих!
Когда вышеупомянутый Аз-Жанибек решил увести казахов на юг, то тогда, говорят, все самые знатные люди казахов и ногайцев долго-долго прощались со слезами на глазах. Об этом есть печальный кюй, известный среди домбристов, который они обычно начинают словами: «Когда хан Орманбет умер, когда раскололась десятиплеменная Ногайская Орда, вот как оплакивали разлуку ногайцы и казахи…» (Құдайбердіұлы, 2008, с.42-43).
Этот раздел «Шежире» Шакарима Кудайбердыулы содержит оригинальные материалы по генеалогии и истории казахов, но они требуют научной интерпретации. Так, этюд о вражде между двумя вождями (Кобланды и Акжол), скорее всего, указывает на взаимное соперничество между двумя крупными улусами чингизидов (Ак Орда и Боз Орда ) т.е. соперничество между потомками Орда Еджена и Шайбана.
По поводу этого сказания между М.Ж. Копеевым и Ш. Кудайбердыулы были определенные разногласия. Первый считал, что эпический образ Кобыланды батыра имеет более раннее языческое происхождение. Но ценность легенды, приводимой Шакаримом, в том, что она свидетельствует о старинной борьбе между двумя группировками степных племен. Эта группировка, где были сильны аргыны во главе с Дайыр-ходжа, инициировала образование Казахского ханства, поддержав потомков Урус хана (Орманбета). Другая группа, где были сильны позиции кыпшаков, как мы уже отмечали, была известна в этот период как ногайлы. Именно они боролись за сохранение суперэтнической общности. В этой борьбе они поддерживали шайбанидов, которые представляли наиболее активную династию чингизидов в первой половине ХV века. Эта борьба началась ещё в эпоху заката Золотой Орды и нашла продолжение в период правления Абулхаира. «После смерти Абулхаира улус Узбекский пришел в расстройство, Тогда множество народов откочевало с Керей и Джанибек ханами, так что число собравшихся около них людей возросло до двухсот тысяч, звать их стали узбек-казахами…» – пишет восточный историк Мухаммед Хайдар Дулати. Одну из причин раскола надо видеть в борьбе двух линий джучидов: потомков Орда Еджена и Шайбана. Во владениях последнего преобладали племена кыпчакского союза, почему и в легенде появился образ Кобыланды.
Таким образом, если предположить, что Акжол би и Кобыланды батыр эпические герои, относящиеся к временам легендарным, то прославленный Дайыр –ходжа реальный персонаж истории, вероятно, был аталыком Жанибек хана. В «Шежире» есть небольшие накладки, дело в том, что казахского Жанибека звали «Кіші Жәнібек», а Аз Жанибеком звали одного из выдающихся правителей Золотой Орды. Однако следует помнить, что Шежире, образование трехсоставной жузовой системы казахов, причисляется к заслугам Аз Жанибека, т.е. золотоордынского хана. К тому же начало такого трехсоставного устройства политической организации этноса в соответствии с принципом родства по представлениям казахов восходит к временам легендарного Алаша хана (Көпейұлы, 8 т.,2013, с.117).
В аргынской конфедерации старшими были Куандык и Суюндык, вероятно, ещё восходящие к правящим династиям Восточных гуннов. Они вместе с родами Бегендык, Шегендык, Каракесек входят в старшую группу – Бес Мейрам, то есть пять сыновей Мейрам сопы. Названные в данной генеалогии имена восходят к ранней истории кочевых племен Центральной Азии. Мейрам сопы как родоначальник известен не только у казахов, но и у некоторых других тюркоязычных народов Сибири, в том числе у якутов (саха). Болат кожа (Каракесек) – вероятно, карлуки, следовательно, они в генеалогию аргынов вошли позднее. Поэтому в генеалогической иерархии они хотя и потомки Мейрам сопы, но от наложницы-служанки. Но то, что именно Болат кожа выступил арбитром в споре за лошадей между Куандыком и Суюндыком, говорит о том, что в эпоху господства карлуков группы, бывшие раньше в составе гуннов, вынуждены были считаться и подчиняться им.
После Дайыр кожа в период правления Касым хана был известен в качестве аталыка Мейрам, имя которого вероятно поставлено в честь легендарного Мейрам сопы. Генеалогия легендарного первопредка народа саха Элдей баатура (в казахских версиях –Елтай, Ел ата, Алтай) восходит именно к Мейрам сопы (Майарам Суппу). В устной традиции казахов подчернуто старшинство рода Алтай из Аргынов. Вот в чем кроется смысл следующего четверостишья у казахов:
Если ты Аргын – будь Алтаем,
Если ты Алшын – будь Адаем,
Если ты Уйсунь – будь Сикымом, Жанысом, Ботпаем,
Если ты Найман – будь Каракереем, Матаем.
Как отмечал в свое время М.Ж.Көпейулы: «Сөздің өтірігіне нанба, Келісіміне нан. Өтірігіне нанса болар, Келістіріп айтушысы болса деп Әз Жәнібек хан айтқан екен» (Көпейұлы, т.8, с.117). Исходя из таких соображении и фактов мы можем предположить что в период образования Казахского ханства задачи покровительства и защиты Ханской Орды были возложены роду Алтай.
НЕКОТОРЫЕ МАТЕРИАЛЫ О ФУНКЦИЯХ ИНСТИТУТА АТАЛЫЧЕСТВА
Аталык – в казахской политической традиции человек заменяющий отца, и одновременно советник хана. По этой причине русские послы, побывавшие в Казахской орде в эпоху Аз Тауке хана называли аталыков «дядька хана», «лутший человек».
Анке фон Кюгелген дает следующее определение понятию аталыка: «Аталык (тюркоязычн. «отцовства») в Золотой Орде и при её прямых преемниках занимал место воспитателя принца и отвечал также за домашнее хозяйство своего подопечного; кроме того, аталык мог служить также хану в качестве советника и доверенного лица в военных и административных вопросах» (Кюгелган, 2004, с.5, 414).
Знаток казахского генеалогического древа Машхур Жусуп Копеев, интерпретируя одно стихотворное -произведение – толгау от Кудери Кожа, говорит: «Егиз, Тайым, из рода Малай-Жадигер, в свое время были «аталыками» и управляли кочевьями ханов». Упомянутые здесь батыры Егиз, Тайим служили династии Букей хана, сына Барак хана, а слова «көші-қон» означает, что управляли всеми хозяйственными и политическими делами Ханской Орды. Аталыки служат прежде всего медиаторами между политической властью и родоправителями. С одной стороны, хан всегда обязан считаться с народом, с другой стороны, он может проводить свою политику через сильный род, избирающий аталыков. В любой ситуации задачей аталыков являлось доведение непокорных племен до уровня, в котором они прислушивались хана, опираясь на силу своего рода и племени.
Известный советский специалист по средневековой истории Востока А. Якубовский, описывая структуру власти Бухарского ханства, высоко оценивает роль аталыков. Согласно мнению ученого, аталык – это как должность премьер-министра, далее идут министр финансов – диуан беги, на третьей ступени располагается парванши, на четвертой – датха. На лестнице должностей Бухарского ханства бии занимают седьмое место, а батыры – пятнадцатое.
В последнее время благодаря таким исследователям-востоковедам, как Галия Камбарбекова, Нурлан Атыгаев, которые ввели отдельные разделы иранского произведения «Тарих-и Сефевиа» (История династии Сефеви) в научный оборот, появились данные об аталыке Мейраме. Судя по иранскому источнику, Мейрам аталык был воспитателем Абулхаира – сына Касыма. Касым хан в период своего могущества, как свидетельствуют восточные источники, «был не менее известен, чем Джучи хан».
Согласно материалам «Тарих-и Сефевиа» (История династии Сефеви), приведенным Галией Камбарбековой, у Касым хана было 1200 повелителей – эмиров (генералов). Среди них особенно упоминается имя аталыка Мейрама. Он был наставником сына Касыма Абулхаира, который руководил войском, отправленным по просьбе узбекских правителей из династии Шайбанидов на помощь против Кызылбасов (сефевидов)
ДИНАСТИЯ КАЗАХСКИХ АТАЛЫКОВ ХVІІ- ХVІІІ ВВ
Арыстан аталык
Следующее упоминание о ранних казахских аталыках мы встречаем уже в российских архивных материалах. Речь идет об Арыстан аталык, сын Сайдалы из рода Алтай, от которого ведут свою генеалогию известные нам из истории ХІХ – начала ХХ веков руководители толенгутских общин Шубартау, торе-толенгуты Букеевской Орды, значительные группы толенгутов ближайшего зарубежья и т.д. Кем был Сайдалы мы не знаем, но в устной традиции есть такое интересное выражение «Сайдалының сары кеңесі».
Предположительно его деятельность начиналась во времена Хакназар хана и закончилась в эпоху правления Есим хана. В письме Петру І, написанном старшим казахским ханом, унаследовавшим престол от Аз Тауке – Каипом есть слова: «послал я от себя к Вашему величеству старинного своего слугу и аталыка Араслан-батыря, лучшего человека, сына его Тантай батыря большим посланником». Какую информацию мы можем извлечь из данного абзаца?
Во-первых, очевидно, что аталык Арыстан является выдающейся личностью, внесший значительный вклад в политическую жизнь Казахского ханства; во-вторых, слово «старинный» означает, что эта династия долгое время была у власти; в-третьих, тот факт, что Каип хан І подчеркивает особо, что отправил в качестве главного посла сына самого Арыстан аталыка Тантай батыра означает, какое он важное значение придает этому посольству в Российскую империю.
У Арыстан аталыка было восемь сыновей. Первый из них вышеупомянутый Тантай батыр, отправленный в качестве главного посла к Петру І Кайып ханом І в 1717 году.
Баркы аталык
Баркы аталык, один из сыновей Арыстан аталыка, продолжил дело своего отца в качестве аталыка при Тауке хане(1680-1715 гг.).
Тауке для своего времени был достаточно сильным государем, чья власть территориально распространялась на все три казахских жуза. Российский исследователь А.И. Левшин, опираясь на казахские материалы, дал следующую характеристику великому Тауке-хану: «При имени сем сердце всякого Киргиз-Казака, несколько возвышающегося духом над толпами буйных соотечественников своих, наполняется благоговением и признательностью. Это Ликург, это Дракон Орд Казачьих» (Левшин, ч.2, 1832, с.63-64).
В казахских исторических преданиях за ним признается заслуга умиротворителя. Он останавливает губительные междоусобицы и кровопролития, продолжавшиеся в течение многих лет; он убеждает всех умом и справедливостью повиноваться ему; он соединяет слабые роды вместе для сопротивления сильным, а сильных усмиряет, и дает всем общие законы, по которым судил их (Көпейұлы, т.8, 2013, с.122).
Казахские историки традиционного периода обычно стих рассматривают в качестве доказательства, т.е. факта (өлең сөз ескі сөздің дәлелі). В соответствии с этим принципом М.Ж. Копеев приводит один из самых интересных стихов из наследия Сакау акына, жившего в конце ХVIII-начале ХIХ вв.:
Әз Тәукенің тұсында,
Қарлығаштай қайрылысқан,
Қалың қазақ ел екен.
Байсынға барса мал бөгіп,
Жататұғын кезі екен.
Еділ -Жайык есіліп,
Ойнап жатқан су екен
……………………………….
Байтақ жатқан Сыр бойын
Шүйгіп жүрген халық екен
В отдельных вариантах Шежире, в стихотворной форме, или в виде ораторских изречений, кстати, очень удобной для передачи мысли в вербальной культуре казахов, указываются основные мотивы действий Тауке-хана по конкретным социально-политическим вопросам.
Имя Баркы аталык встрчается во многих материалах устной традиции казахов. Более того, известны такие крылатые выражения как «Хан да Баркы, қара да Барқы», «Сөздің нарқын Барқы біледі» и т.д. Есть такде нескольких архивных материалах, связанных с осложнением казахско-русских отношений в конце XVII века, где упоминается имя Баркы аталыка. В 1690 году летом на берегу озера Ямыш во время переговоров были захвачены русскими казахские послы Келдей и Сары батыр. У нас, к сожалению, нет материалов, объясняющих причины разгоревшегося скандала на берегах Иртыша между дипломатами той эпохи, но этот инцидент впоследствии перерос в крупнейшие пограничные конфликты. Эти обстоятельства вынудили сибирское руководство отправить в Казахскую орду в 1692 году новое посольство во главе с Андреем Неприпасовым: «В прошлом в 200 году, июля в 14 день, по указу великих государей, и по грамоте из Сибирского Приказу, послал его Васку из Тобольска боярин Степан Иванович Салтыков с Тобольским сыном боярским с Андреем Неприпасовым; да с ними же Андреем послан Тобольский конный казак Алексашка Алемасов, да юртовский служивой Татарин Елючка Шеманаев для толмачества в Казачью орду (к) Тевкихану с выговором, что его люди ходят великого государя Тобольского уезду под слободы, и людей побивают и в полон емлют и разоряют. И шли де они от Тобольска сухим путем прямо степью два месяца до первого городу Тургустану, где живет Казачьей Орды владелец Тевкихан. А шли де они от Тобольска степью, никаких людей не видали, и дорогою де в степи переплывали дважды реку Ишим, однажды переплывали на плотах, а в другой раз переехали в брод, а иных рек до Казачьей Орды никаких нет. И пришла де в Казачью орду августа в 15 день 200 году, и ходили к Тевкихану с указом великого государя и с выговором в Ургу».
В этом документе говорится об участии Барқы аталык в переговорном процессе: «И пришед, тут же с ними бил челом Тобольский юртовский Татарин Таушка Мерген с товарищами, чтоб их отпустить торговать в Бухары. И Андрей Неприпасов Таушку Мергеню говорил: ин де ты бьешь челом в Бухары: и как дей пойдут Казаки под слободы и под остроги, и ты де в том ответ дашь ли, что войною Казачьей орды люди под государевы слободы пойдуть безвестно и разорять? И Таушка Мергень говорил: нам де до государевых слобод какое дело? Хотя де и все вырубят и пожгут, нам де до того дела нет, для того, что де мы люди торговые, а не воинские. И Тевкиханов лутчей человек Аталык Барху Батыр стал его Таушку бранить за то, что они такие непристойные слова говорит. И Тевкихан Таушку Мергеня с товарищи, по его челобитию, в Бухары отпустили, а их Андрея задержав, сказал: как де будет Таушка Мерген из Бухар с товарищами, и в то де число их Андрея отпустит он Тевкихан. И Таушко Мерген в Бухары пошел. И после его пошли два царевича Облай и Казей султаны в Русские государевы города с Казаками войною…» (Дополнения к актам историческим, т.Х, 1867, с. 385-388). В последующем место аталыка занял сын Баркы аталыка, Нияз батыр.
Нияз аталык
Начиная с года смерти Аз Тауке хана, Нияз батыр был аталыком при Болат хане, сыне Тауке хана, при Самеке (Шахмухаммед) хане, сыне Тауке хана, при Абулмамбет хане, сыне Булата хана. Нияз аталык известен как один из выдающихся государственных деятелей в сложные годы ХVIІІ века, державший порядок в столичном статусе Туркестана. В исторических материалах того времени о нем пишут, как о «дядьке хана».
В русских источниках подробно описывается, как в 1739 году Абулмамбет-султан, «сын бывшего Пулата-хана и будучи-де он в прошлом году в Туркестане от знатнейших киргиз-кайсацких родов яко Аргинского, Актайского и Увакгирейского и от других удостоен в ханы…» при поддержке Нияз аталыка. «Он пригласил Абулмамбета в Туркестан и утвердил его на троне» – отмечается в источнике.
В 1740 году в Оренбурге, расположенном на среднем течении реки Жайық (Урал), прошла встреча русского руководства с казахским, с участием видных деятелей Среднего и Младшего жузов. Когда оренбургский генерал-майор Урусов встретился с казахским ханом Абулмамбетом, его сопровождал Нияз батыр. По мнению русских, он являлся умным, красноречивым и мудрым правителем. Его слова весомы, как свинец, речь выдержанна, и он руководствуется критическим мышлением. Слова Нияза зафиксированы в дневниках русских офицеров: «…вступил с генерал-лейтенантом в речь киргиз-кайсацкой Средней орды знатнейший старшина Нияз-батыр, о котором известно, что он во время Шемяки-хана в Туркестанте великую силу имел, а по смерти его Тукестантом управлял, Абулмамбет хана на ханство утвердил. Он (Нияз батыр) присмотрен по азиатскому обыкновению весьма неглупым человеком и примечно, что он перед всеми старшинами большего по преимущества требовал...».
В 1742 г. Нияз аталык сопровождал Абулфейз султана, сына главного хана казахов Абулмамбета, отправленного в качестве аманата с белой юртой (ақ үйлі аманат) в ставку Галдан Церена для освобождения Абылай султана.
После смерти Абылай хана, в начале 1781 года, Нияз аталык оказался единственным влиятельным казахским правителем в южном регионе. Будучи в Туркестане, ему приходилось покровительствовать Ташкенту и его округе. В основном его деятельность заключалась в поддержке торговых корпораций и организации торговых караванов. Известно, что в Ташкенте жил и правил от имени своего отца сын Нияз аталыка Алдеберли. По устным рассказам шежире известно, что в конце 1780-х Алдеберли был отравлен. Это обясняется тем, что в это время укреплялось Кокандское ханство, которое было заитересовано в ликвидации влияния казахов и в усилении своей власти. После смерти Алдеберли, Нияз батыр, будучи в преклонном возрасте, был вынужден снова взять управление Ташкентом в свои руки. В связи с этим событием в устной традиции Жанааркинских старцев сохранились строки «Құлғарасы құшақтап, Итқарасы пышақтап», то есть, когда Кулгара обнимает, Иткара режет ножом. Считается, что это событие имело место в 1784 году.
Нияз аталык ушел из жизни в 1785 году и был похоронен в Туркестане в мавзолее Ходжа Ахмета Йассауи около таких великих личностей, руководивших последним воинственным улусом Евразийского континента, как великие казахские ханы Есим, Салкам Жангир, Абылай, биев и батыров, как Каз дауысты Казыбек би, Карт Богенбай батыр, Шакшак Жанибек батыр, Тобыкты Мамай батыр и др.
Сын Арыстана – Тогызак Ташкентский
Как и когда оказались потомки одного из сыновей Арыстана аталыка, Тогызака, под Ташкентом нам сейчас неизвестно. Но то, что недалеко от Ташкента, в Чирчикском районе, проживают потомки Тогызака – это исторический факт. Вероятно, заселение ими Ташкентских пригородов сявзано с необходимостью обеспечения политической лоялности этого большого города к Казахскому ханству, а другой стороны Ташкент был крупным узловым пунктом торговли.
Как известно, после потери независимости Казахского ханства наступили тяжелые дни единого народа. Россия начала проводить административно-территориальные реформы которые привели к распаду традиционных админитративно-территориальных единиц, усугубили внутренние связи казахского народа. В связи с распадом централизованной политической системы связи между различными гурппами төре, аталыков и төленгутов начинают разрываются. Только в начале ХХ века уцелевшие от военной колонизации потомки төре, аталыков и төленгутов начинают искать друг друга. В самом начале ХХ века в 50 аулах, общей численностью 1459 человек, административного округа №5 Актауской волости Акмолинского уезда был волостным управляющим Иса Кантарбайулы, потомок Баркы аталыка. Он долгие годы занимал должность волостного управителя, был состоятельным человеком. По сей день старцы рассказывают о том, как по наставлению предков, он в 1901 году отправился в Ташкент на поиски детей Тогызака, нашел их на берегу р.Чирчик, и уговаривал присоединится к родственникам, проживающим в своей волости. Но места которые занимали Ташкентские Тогызаки были прекрасные, удобные как для живоьтноводства, так и для для земледелия, тем более самый большой город Средней Азии- Ташкент был рядом.
Как известно, с 1917 года круто меняется вся система жизнеобеспечения казахов, настпили дня государственного террора, репрессии, ашаршылык, восстания и война и т.д. Связи между различными группами аталыков снова разрываются, и только с обретением Казахстаном независимости они получают возможность для налиживания прежних связей. Серикбай Жаркешов, потомок Баркы аталыка, продолжил дело Иса Кантарбайулы и снова нашел Тогызаков под Ташкентом.
Сыновья Арыстана- Мамадайыр, Мамашык
Судя по тексту письма от 1897 года Исы Кантарбаева, волостного управителя Акмолинской области: «Сыновья Арыстан аталыка Мамадайыр, Мамашык попали во вражеский плен. Арыстан аталык собрал войско и под руководством торе пришел освобождать своих сыновей. В ходе битвы казахи смогли отбить своих пленных. После того, представители торе заметили, что Мамадайыр и Мамашик отличаются отвагой, и включили их в свое окружение. Таким образом, они присоединились к войску торе и приняли участие в походах».
В другой легенде говорится, что Мамадайыр стал выдающимся нукером, руководил воинами торе, полюбил дочь торе Кунай (известная впоследствии как Кун апа) и хотел жениться на ней. В те времена чингизиды-торе не выдавали своих дочерей, были готовы применять строгие наказания. Матери парня и девушки очень уважали друг друга, и в результате они спасли парня от смерти.
Позже отец девушки, восхитившийся храбростью Мамадайыра, остался им очень доволен. Девушка просит у отца разрешение выйти замуж за Мамадайыра и устроить той. Отец исполнил желание дочери, устроил свадьбу и выдал её замуж за Мамадайыр ата. Дочь торе стала верной спутницей Мамадайыра. Красивая и умная дочь торе Кунай стала уважаемой матерью народа и получила имя «Күн апа». От Мамадайыра рождается Тегин, от Тегина рождаются – Мандай, Боран. От Мандая – Актос, Жалантос. От Актоса – Умирзак. От Борана – родился Боран ата. От Жалантоса родился – Жалан ата» – написано в родословной (Әжібеков, 2005, с.16).
Одна из ветвей потомков Мамадайыра сейчас обитают в восточных регионах Казахстана. Дело в том, что в середине ХVІІІ века ситуация на восточных границах Казахского ханства осложняется усилением китайского фактора. Огромное место в истории казахов занимают события, связанные с падением Дурбен Ойратского (Джунгарского) государства. В течении ста лет оно служило барьером против захватнической политики правящей Маньчжурской династии Китая. Начало кризиса калмыцкого общества было положено смертью Галдан Цэрена в 1745 году.
Летом 1757 года начались мирные переговоры между Казахским ханством и циньскими властями. В этом году при посредничестве командующего пограничными войсками Чжао Хао в Пекин было направлено первое казахское посольство от Абылай-султана. Вслед за посольством на восток отправилась большая команда во главе с султаном Абулфеизом из Туркестана, который в начале года был назначен султаном казахских родов, направляющихся в восточные кочевья. Вся историческая информация об этом движении имеется в книге Курбангали Халид, где он пишет «…Абулфеиз отправился вместе со своей молодой женой, которая была дочерью Нуралы хана, сестрой Букей хана… Поселились они у подножия гор Чингистау, а мечеть которую он построил существовал до 1860 года. Имамом был Аюб ходжа…» (Халид, 1992, с.114). Вместе с ним отправилась большая группа поддержки из сыновей аталыков под предводительством Умирзака, потомка Мамадаира, из толенгутских отрядов, во главе с Жаназар батыром, священнослужители и т.д. Вся эта большая команда во главе с Абулфеизом остановилась в местности Чингис тау, где когда-то по казахским сказаниям стояла орда великого завоевателя и первопредка казахских торе. В приграничных районах в этой связи происходят своебразные процедуры народной дипломатии, выражающиеся в встрече и обмене любезностями между китайскими пограничными командирами и руководителями казахских родов. Преодолевая неимоверные трудности, казахи племен абак-керей и найманы постенно заняли свои легендарные кочевья.
Годы прошли. Благодаря деятельной политике Абулфеиза казахи постепенно заселили Семиречье, верхнюю долину р.Или, Алтай, Тарбагатай. По этой причине постепенно отделялись друг от друга потомки Арыстан аталыка. Потомки от Баркы аталыка в середине ХVІІІ века больше сосредотачивались в Центральном Казахстане. Затем с начала ХІХ века в связи с колониальными реформами потомки аталыков переживают тяжелые времена, Однако у них в памяти ещё былое прошлое: они помнили, что сын Баркы аталыка, Нияз батыр, принял решение отправить Умурзака, потомка Мамадайыра, вместе с султаном Абулфеизом из Туркестана в далекий восточный край. Вероятно, в какой-то степени потомки Баркы чувствовали на себе вину за такое решение своего предка. Поэтому, лежа на смертном одре, Кантарбай батыр, внук Баркы аталыка, поручает своему сыну Исе искать потомков Мамадайыра и Мамашыка.
Поскольку Абулфеиз султан был престолонаследником, казахи воспринимали его как будущего правителя. Именно по этой причине Алихан Букейхан, основатель движения Алаш писал: «…отчий дом (кара шанырак) Абулмамбета остался в Шубартау, в Южном Саяке (Күнгей Саяқ)».
Материалы устной традиции казахов и генеалогии свидетельствуют о том, что потомки Мамадайыра расселились не только в восточных регионах, но и западных районах Казахстана.
Один из специалистов по истории толенгутства, профессор Атырауского государственного университета А.Шамгонов отмечал, что некоторая часть толенгутов Западного Казахстана и Букеевской Орды являются потомками Мамадайыра из рода Алтай: «…последние исследования показывают, что букеевские толенгуты берут свое начало от потомков рода Аргын – Алтая, Мамадайыра. Аксакалы толенгутов с берегов Волги и Урала говорили также, что их дальние предки происходят из рода Аргын Среднего жуза». На самом деле речь идет не столько о толенгутах, сколько о потомках аталыков, растворившихся в среде толенгутов. Толенгутов по численности всегда было больше, чем аталыков. Не секрет, что представители династии аталыков, так называемые «төре-төлеңгіт» выжили только потому, что нашли приют среди толенгутов. Если бы Советская власть знала об их происхождении и политической роли в Казахском ханстве, то они были бы репрессированы наравне с төре-чингизидами.
В сочинении профессора А. Шамгонова идет речь именно о потомках Кокен, сына Мамадайыра. В больлшом массиве толенгутов Западного Казахстана именно они называются торе-толенгутами, поскольку имеют отношение к династии аталыков (Шамғонов А. Бөкей хандығында төлеңгіт руының қалыптасуы, 2015, с.131).
Вообще интересным фактом является то, что сыновья аталыков, ведущие свой род от Арыстана, являясь опорой казахских чингизидов, расселились по всему Казахскому ханству.
***
Материалы по ХVІІІ веку предоставляют массу фактов об основном центре формирования как аталыков, так и толенгутовcких групп. Это Туркестан, где находилась Ханская Орда (резиденция) и действовали другие управленческие институты.
Говоря о ханской власти, необходимо отметить, что наиболее надежными, наиболее близкими людьми к хану были аталыки, которые в качестве воспитателей принцев, наместников и советников, руководителей посольств. Аталык вел дела орды (орда – аппарат правления, резиденция хана, а также центральная часть города). В Ташкенте во времена правления Жолбарыс-хана такую миссию выполнял «Большой Орды знатнейший кайсаченин Тюля бий, который и в Ташкенте больше хана владельцем почитается». В Туркестане, в столице государства, аталыком был «Средней Орды знатнейший старшина Нияз-батыр, о котором известно, что он во время Шемяки-хана в Туркестанте великую имел, а по смерти его Туркестантом управлял и Абулмамет-хана на ханство утвердил» (Казахско-русские отношения, 1961, с.155).
При выезде ханов в степь вместе с кочевыми группами в городах оставались их «дядьки»- аталыки: «Ханы имеют особые дворцы в главных городах: Большой орды – в Ташкенте, в Средней орде – в Туркестане; а живут по своей воле, когда хотят, а больше в поле с ордою кочуют, а по выезде в домах живут и управляют дядьки (аталыки – Ж.А.) их», – отмечают оренбургские чиновники со слов сарта Нурмухамбета Алимова (Добросмыслов, т.2, 1900, с.55-57).
Получается, что основная роль аталыков заключается в управлении государством. В российских источниках часто их называют «лутчими людьми»: «И Тевки ханов лутчей человек Аталык Барху батыр стал его Таушку бранить за то, что он такие непристойные слова говорит. И Тевки хан Таушку Мергеня с товарищи, по его челобитью, в Бухары отпустил, а их Андрея задержав сказал...» (Дополнения к историческим актам. т. X, 1867, с.387).
Аталыкам оказывались такие же почести как представителям белой кости. Руководители иностранных посольств по прибытии в Туркестан сразу же шли к резиденции на встречу с аталыком, чтобы обсудить с ним протокольные дела. Как показывает вышеприведенный текст, аталык участвовал в переговорах, а также мог высказать свое мнение по тем или иным вопросам сотрудничества.
В письменных источниках конца ХVІІ-ХVІІІ веков в качестве руководителя дипломатических миссий в Россию часто встречается имя Тайконыр-батыра, сына Култабай-аталыка. В российских бумагах от 40-х годов ХVІІІ века упоминается имя Нияз-батыра, сына Баркы-аталыка, который представлял интересы ханской орды во время Орской встречи. По сведениям он при хане Самеке управлял Туркестаном, после смерти Самеке выдвинул Абулмамбета в ханы. Когда майор Миллер предложил ему водку, Нияз-аталык, показав на одного из батыров, разгоряченного водкой сказал: «Я де лучше хочу мертвым быть, нежели с ним равняться» (Казахско-русские отношения, 1961, с.156). Он рассказал князю Урусову о генеалогическом древе казахских ханов, прекрасно знал отличительные черты каждого народа.
В подчинении у аталыков находились – толенгуты, которые составляли особую категорию служащих. Большая часть толенгутов сосредотачивалась вокруг ханской орды, выполняя по сути роль исполнительной власти в государстве. Состав этой группы постоянно пополнялся за счет рядовых кочевников, пленных.
Во время военных походов общее руководство войсками вели султаны и ханы. Отметим, что основная функция ханов и султанов заключалась как раз во внешнеполитической деятельности, в военном предводительстве. В кочевом обществе казахов каждый мужчина по сути был воином и по первому призыву «аттан» в любое время мог сесть на коня. Воинская доблесть в этом обществе считалась высшим достоинством. Люди, не имеющие боевых коней и доспехов с оружием, не допускались в народные собрания и не имели права голоса.
В Карнаке, недалеко от Туркестана, действовали в те времена большое количество медресе, где готовили специалистов по всем направлениям, в том числе и государственных служащих. Впоследствии, во-первых, из за великого босу во времена «Ақтабан шұбырынды» единство казахской политической системы распалось, что привело к дезорганизации и децентрализации, во-вторых, и даже когда казахам удалось восстановить суверенитет в середине ХVІІІ века, по мере расширения территории отдельные группы аталыков и толенгутов ещё более отделились от основного политического центра.
Жамбыл Артыкбаев, доктор исторических наук, профессор